Сергей Иевков
Человек человеку человек

 

Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не ревнует, любовь не кичится, не надмевается,не поступает бесчинно, не ищет своего, не раздражается, не ведёт счёт злу,не радуется неправде, но сорадуется истине;всё покрывает, всему верит, на всё надеется, всё переносит. 

Первое Послание к Коринфянам, 

Глава 13, 4-7 

Вот уже час я бегаю по городу с промокшими ногами, дрожу от холода и ругаю небесные хляби, которые разверзлись не пойми чем, какой-то снежно-дождевой кашей. А еще надо в магазин, а еще придется, наверняка, автобус подождать, стоя на семи ветрах. Кажется, я никогда не доберусь до дома, до горячего душа…  

Когда я замерзаю, в голове сами собой всплывают две большие темы: Блокада и Бездомные. Темы, в которых холод практически непобедим. И если прошлое мы должны просто помнить, а мы и помним, мы, рожденные здесь, костным мозгом помним, то в настоящем у нас есть все шансы поучаствовать.  

В нашем городе существует несколько серьезных организаций, помогающих бездомным людям. Это абсолютно волонтерские организации, созданные обычными людьми, которые понимают, что далеко не все (около 60 тысяч человек) могут, замерзнув, добраться до дома и горячего душа, ощутить участие родных и близких. Но одного понимания недостаточно. Те, кто занимаются бездомными, наделены даром Божьим, они способны ЛЮБИТЬ. 

Два года назад в Петербурге появилась Благотворительная больница. Автор, основатель и непосредственный участник этого проекта врач анестезиолог-реаниматолог Сергей Иевков, который считает, что любому человеку не должно быть холодно, голодно и больно. Болеть на улице очень страшно.  

Мы побеседовали с Сергеем, а Саша и Анна, медики-волонтеры Благотворительной больницы, поделились с нами своими чувствами и размышлениями.  

Сергей, почему бездомные? Почему Вы выбрали такую работу? 

 

Потому, что эта категория граждан, которые живут на улице и в принципе не имеют доступа ни к какой помощи, в том числе и к медицинской.  

В мире есть такое понятие как street medicine – уличная медицина, где помощь оказывается прямо на улице, в местах проживания бездомных. Это экономически выгоднее, чем вести пациента в амбулаторию, например. И в наших реалиях российских это тоже проще. Не нужна никакая организация, не нужно помещения, можно прийти с чемоданом лекарств, перевязочными материалами, с тонометром, стетоскопом в палатку, в места скопления бездомных у метро и просто оказать медицинскую помощь. Выдать лекарства, сделать перевязки и вызвать «скорую», если есть показания для экстренной госпитализации.  

Какова Ваша роль в Благотворительной больнице сегодня? 

 

Я сейчас занимаюсь администрированием проекта, решаю организационные вопросы: вопросы фандрайзинга, координирую работу с волонтерами, отвечаю на письма, сообщения, провожу онлайн встречи, решаю какие-то медицинские проблемы. Конкретных временных рамок не существует, у меня очень ненормированный рабочий день.  

Помогает ли как-то город или Благотворительная больница живёт пожертвованиями и волонтерами? 

 

С государственными учреждениями здравоохранения мы абсолютно никак не сотрудничаем, так как «Больничка» – это волонтёрский проект, это сообщество врачей-волонтеров, хороших людей, которым небезразлична судьба больного бездомного человека в Петербурге. У нас нет ни юридического адреса, ни юридического статуса, нет помещения. Государство с нами не взаимодействует. Мы сами по себе.  

В определенной степени, мы своей работой показываем, на что способен маленький волонтерский проект в масштабах пятимиллионного города. Проект, который своими силами пытается закрыть определенные дыры, пробелы в системе государственного здравоохранения. Мы просто хотим, чтобы люди без документов смогли получить самую простую базовую медицинскую помощь: осмотр врача, перевязки, консультации.  

Мы взаимодействуем только с некоммерческими организациями и сообществами, помогающими бездомным людям в социальном и гуманитарном плане, с теми, кто предоставляет им ночлег, возможность привести себя в порядок, помыться, постирать вещи, получить горячее питание, оказывает юридическую помощь. Мы занимаемся исключительно медицинской составляющей. Живём пожертвованиями. Нам жертвуют деньги, лекарства, перевязочный материал. К нам приходят волонтеры, которые помогают проекту бесплатно в свободное от работы время. 

 Каков процент тех, кто вернулся к нормальной жизни, пожив на улице?  

 

Таких наблюдений у нас нет. Мы на потоке оказываем системно медицинскую помощь всем тем, кто к нам приходит, поэтому у нас есть только своя собственная статистика по медицине. Мы фиксируем заболевания, количество обращений, перевязок, количество госпитализированных пациентов. Это исключительно медицинская статистика, которую мы публикуем в открытом доступе в социальных сетях.  

В стратегии нашей работы нет социального сопровождения пациентов. Мы не восстанавливаем документы, не ищем работу, не оказываем материальную поддержку; этим занимаются другие организации, с которыми мы тесно сотрудничаем. Это Ночлежка, Мальтийская служба помощи, сообщество православной молодёжи «Кинония» и другие. Есть еще интересная организация «Мы – бездомные».  Это группа бывших бездомных, которые «встали на ноги» и помогают в Петербурге нынешним бездомным.   

Изменилась ли работа с бездомными в период карантина? 

 

Да, изменилась. Следуя предписанию государства о самоизоляции, все гражданские волонтеры-ассистенты, не имеющие медицинского образования, были на время выведены из проекта.  

Было сокращено количество медиков-волонтеров: вместо двух приём осуществлял один, вместо трех – два. Мы берегли здоровья наших врачей и использовали средства индивидуальной защиты, рекомендованные ВОЗ. К слову, СИЗами мы обеспечены в достаточном количестве благодаря пожертвованиям, в том числе от «Врачей без границ». Среди наших волонтеров никто не заболел коронавирусной инфекцией. А количество обращений бездомных за помощью в период карантина увеличилось в 2,5 раза. 

   

Как родилась идея создания Благотворительной больницы? 

 

Даже назову точное время рождения: апрель 2018 года. Я узнал, как на педиатрическом участке детям мигрантов отказывают в медицинской помощи. Вызовы к таким детям не оплачиваются системой обязательного медицинского страхования, потому что у детей нет полиса. При проблемах со здоровьем врачи поликлиник рекомендуют родителям-мигрантам вызвать «скорую». 

А ведь помимо неотложной помощи, таким детям, как и любым другим, требуются плановые осмотры, вакцинация и вообще полноценная педиатрическая курация.  

Такие дети выпадают из поля зрения медицины. Это большой пробел в нашем здравоохранения, на который мне очень хотелось и хочется повлиять.  

Вот и возникла идея создать благотворительную медицинскую организацию, которая «вела» бы таких детей с момента новорождённости до какого-то определенного периода.  

Идея была благородная, но в силу ограниченности своих собственных ресурсов, отсутствия инвестиций и образования по специальности «организация здравоохранения», пришло понимание, что создать такую организацию официально, лицензировать ее, требует колоссального количества трудозатрат, на сегодняшний день непосильных. А дальше был мозговой штурм, результатом которого стал ответ на вопрос – что мы можем? Мы можем оказывать помощь тем, кто ее полностью лишен – бездомным. Лечить этих людей на улице, там, где они живут. Не пытаться изменить их жизнь, мир, принудительно куда-то помещать, а просто, без осуждения, уважительно, с учетом выбора, согласия, оказывать медицинскую помощь. Сначала я был один, потом подтянулись коллеги, люди, которым стало интересно: кому-то с точки зрения медицины, кому-то в общем христианском стремлении; у каждого была своя мотивация. Уже в июне 2018 года Благотворительная больница стала волонтерским проектом. И с тех пор количество волонтеров только увеличивается.  

 

Анна Матвеева  

Сегодня я там, где я хочу быть

Зачем я на самом деле занимаюсь волонтерством? Все ли мои действия имеют смысл? Сколько в сегодняшнем вечере пользы для другого, а сколько  пустая трата времени и эгоистичное самоутешение, что моя жизнь  не зря?
Где я должна быть сегодня?
Ведем приём в микроавтобусе, оборудованном группой каких-то волшебников под настоящий кабинет с кушеткой. Девушка Катя в маске в цветочек осматривает пациента, и, пока я меняю ему повязку, говорит с ним о живописи. Владимир Петрович из подопечного с цистостомой превращается в художника-декоратора.
Сегодня хороший день: несмотря на «короновирусное» время, наши пациенты чувствуют себя лучше, чем обычно. Я на радостях сломала ножницы и рассыпала по всему автобусу валерьянку. Наш пациент порывается помочь, а мне неловко, держу его, усаживаю на место. Слышу свой назидательный голос: «Вы не забываете пить таблетки?». Он смеётся, глаза лучистые, синие. Желание назидать растворяется в их свете  он знает что-то гораздо лучше меня.
Уже полтора года я с Больничкой, и помимо постоянных внутренних баталий она для меня  источник радости. Опять же, вроде бы это все ради подопечных, а рада я. Кто кому вообще больше дает?
Первый майский вечер. Вылезаю из машины с привезенными из Ночлежки пакетом лекарств и тростью. Не замечаю, что трость очень маленькая, как для ребенка. Дышу воздухом, тёплым и сладким, как молоко, наслаждаюсь. Сейчас снова наденем респираторы, и здравствуй, гипоксия. Ловлю себя на мысли, что последние недели часто говорю мужу: «Когда всё это закончится, буду жить на улице».
Александр Сергеевич почти не видит из-за катаракты, трость для него. Его бы прооперировать, но последний раз паспорт у него был еще в Советском Союзе… Речь у Александра Сергеевича гораздо более складная и богатая, чем моя. У него есть высшее образование, а чем он занимался, я забыла. Стыдно. Говорю ему о том, что есть небольшой шанс прооперировать его без документов, и что нужно держаться. Трость оказалась ему мала, естественно. Даю капли, обещаю привезти трость в следующий раз. Больше ничего мы сейчас сделать не можем.
Вот, думаю, очередной бессмысленный момент. Трость привезла не ту, что надо, от капель человеку ни горячо, ни холодно.
В следующий раз я почти лечу к приюту  добыли трость. Держу Александра Сергеевича за руку. Моя рука в перчатке, его – тёплая. Рука сжимает мою, невидящие глаза смотрят мимо, в пустоту, в них  тепло.
Сегодня я там, где я хочу быть.  

 

Саша Енси  

То самое человеческое 

 

 Вы где-нибудь живете?
Мужчина явно смущается, несколько секунд мнется и отвечает:
 Да… Я сейчас снимаю,  и чуть тише добавляет,  только пока на лестнице.
Скромный, тихий, опрятно одетый мужчина пожилого возраста. Я вижу его смятение, он пришел в автобус впервые, но уже через пару минут чувствует себя более спокойно и уверенно. Этот его ответ, брошенное тихое окончание,  та внутренняя точка, где я могу соприкоснуться с человеческим (как бы вы это ни поняли).
Автобус  это место, где можно получить доврачебную и экстренную помощь от «Благотворительной больнички» и горячую еду, одежду, средства гигиены и социальную помощь от клуба православной молодежи «Кинония».
За несколько часов автобус успел принять семнадцать человек. Не автобус, конечно, а люди внутри  врач и два ассистента, среди которых и я.
Семнадцать человек абсолютно разного возраста и пола, с разными историями и состояниями. Их объединяет лишь одно  все они по каким-то причинам не могут получить медицинскую помощь где-то еще.
В каждом из них было то самое человеческое. Будь это накрашенные ногти на огрубевших от уличной жизни руках или нежелание брать больше, чем действительно нужно.
У каждого человека есть свои причины быть там: у каждого бездомного, у каждого медика, у каждого волонтера. Люди часто делают одинаковые вещи, порой даже из-за противоположной мотивации.
Я почти неделю хожу и кручу свои причины быть частью всего этого. Многие очевидны:  не забывать медицинские навыки, сменить вид деятельности, завести новые знакомства, интерес к психологии (даже не спрашивайте, как это связано). Но есть и другие причины. Например, то самое человеческое, которое является для меня ключом. Ключом к принятию? К состраданию? К филантропии? К познанию? Есть множество вещей, которым не обязательно давать названия, достаточно того, что они просто есть. 

Так задумано было изначально, что человек человеку человек. И те, кто сегодня остаются людьми, отрабатывают каждый свою человечность за пятерых, а то и больше… А раз мы не можем, как они, мы должны быть хотя бы сопричастны настолько, насколько хватает наших сил. Мы непременно обязаны им помогать, ведь благодаря этим людям «человек» все еще звучит гордо. 

 

Беседовала Мария Симановская 

Фото Виталия Курдеко 

 

Как быть сопричастным и помочь Благотворительной больнице: 

Мы рады медикам, готовым проводить простые манипуляции и осмотры на улицах города и в приютах. 

Мы рады не медикам, готовым ассистировать на выездах, вести статистику и отчетность, помогать с переводами иностранных материалов, помогать в организационной работе. 

Мы рады сотрудничеству и новым идеям. 

Ваша финансовая помощь поможет нам обеспечить бездомных людей необходимыми лекарствами и расходными материалами для диагностики и лечения.  

Карта Сбербанка 4276 8550 1948 0975 Получатель Анна Владимировна Р 

Карта Тинькофф банка 5536 9138 1845 7216 

Patreon https://www.patreon.com/charityhospital 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *